Александр Дейнека в Третьяковской галерее. Знакомый и неожиданный

Я го­во­рила с людьми разных воз­рас­тов и вкусов, разных пред­поч­те­ний в ис­кусс­тве, ко­то­рые уже по­се­тили выс­тавку, все от­зы­ва­ются о ней в пре­вос­ход­ных сте­пе­нях. Все от­кры­вают для себя твор­чес­тво Алек­сан­дра Дей­неки: кто-то впер­вые, а кто-то - заново.

Ху­дож­ник пред­стает во всей мно­гог­ран­ности своего та­ланта: силь­ные и кра­си­вые об­на­жен­ные мо­ло­дые люди, по­ко­ре­ние неба, жиз­не­ут­вер­жда­ющий соц­ре­ализм, рас­ска­зы­ва­ющий, что в Стране Со­ве­тов “жить стало лучше, стало ве­се­лее”, спорт­смены, дос­ти­га­ющие новых вершин - волне ожи­да­емые образы, но наряду с ними ли­ри­чес­кие пей­зажи, на­тюр­морты с от­тен­ком грусти, нотки ку­бизма.

Алек­сандр Дей­нека

Сколько я себя помню, я всегда ри­со­вал; мои дет­ские впе­чат­ле­ния и наб­лю­де­ния я ста­рался пе­ре­дать в ри­сун­ках…ри­со­ва­ние ока­за­лось моей самой про­дол­жи­тель­ной страстью…

Алек­сандр Дей­нека

После фев­раля 1917 года за­ня­тия в Харь­ков­ском ху­до­жес­твен­ном учи­лище прер­ва­лись. Мо­ло­дой ху­дож­ник не от­ка­зы­вался ни от какой работы: он был учи­те­лем в жен­ской гим­на­зии, офор­млял спек­такли в театре, ра­бо­тал фо­тог­ра­фом в Уго­лов­ном ро­зыске.

В 1918-1920 Дей­нека офор­млял пос­та­новки Кур­ского дра­ма­ти­чес­кого театра.

Насаждаю на курских ухабах ярый кубизм…

В армии талант Дей­неки за­ме­тили и по­могли ему про­дол­жить обу­че­ние в Москве. В 1920 году он пос­ту­пил на по­лиг­ра­фи­чес­кое от­де­ле­ние сто­лич­ных Высших ху­до­жес­твенно-тех­ни­чес­ких мас­тер­ских, где учился у Вла­ди­мира Фа­вор­ского. А по ночам раз­гру­жал вагоны, чтобы за­ра­бо­тать на жизнь.

Алек­сандр Дей­нека с детс­тва за­ни­мался пла­ва­нием и гим­нас­ти­кой, а в сту­ден­чес­кие годы ув­ле­кался во­лей­бо­лом и боксом. Личный спор­тив­ный опыт по­мо­гал ху­дож­нику пе­ре­да­вать ди­на­мич­ность и плас­тику спорт­сме­нов. «Дей­нека? Знаю такого. Мог бы быть хо­ро­шим бок­сё­ром, а стал ху­дож­ни­ком», — любил шутить тренер ху­дож­ника по боксу.

Писал футбол. Игру любил, знал ее, как тысячи моих сверс­тни­ков, как де­сятки тысяч взвол­но­ван­ных зри­те­лей. Игра каждый раз на­тал­ки­вала меня на же­ла­ние на­пи­сать кар­тину. На­де­лал де­сятки ри­сун­ков и, наб­ра­сы­вая один из многих не­удач­ных эс­ки­зов, я об­на­ру­жил — эскиз не ук­ла­ды­ва­ется в ком­по­зи­ци­он­ные нормы зна­ко­мых картин. Я ком­по­но­вал новое плас­ти­чес­кое яв­ле­ние и вы­нуж­ден был ра­бо­тать без ис­то­ри­чес­ких сносок.

Алек­сандр Дей­нека

В стрем­ле­нии воп­ло­тить образ че­ло­века бу­ду­щего он ори­ен­ти­ро­вался на ан­тич­ные идеалы ат­ле­ти­чес­кой кра­соты.

Спорту Дей­нека пос­вя­щал не только жи­во­пис­ные и гра­фи­чес­кие работы, но и скуль­птуры.

Мне всегда ка­за­лось, что спорт об­ла­го­ра­жи­вает че­ло­века, как все кра­си­вое. Мне нра­вится воля спорт­смена, ко­то­рой он уп­рав­ляет.

Алек­сандр Дей­нека

Алек­сандр Дей­нека стал одним из нем­но­гих со­вет­ских ху­дож­ни­ков, на­шед­ших под­лин­ное приз­на­ние за ру­бе­жом – ему даже уда­лось со­вер­шить про­дол­жи­тель­ную по­ез­дку по Аме­рике и Европе. В 1935 году сос­то­ялась его пер­со­наль­ная выс­тавка в США.

За 1935 г. я … был в Аме­рике, Фран­ции, Италии, Гер­ма­нии. Видел ар­хи­тек­туру ми­ро­вых столиц, де­сятки музеев, ко­лос­саль­ней­шее нас­ле­дие мас­те­ров прош­лого…Я об­ре­ме­нен зри­тель­ными впе­чат­ле­ни­ями. Я ста­ра­юсь весь этот чер­но­вой ма­те­риал при­вести в по­ря­док, сис­те­ма­ти­зи­ро­вать…я, как ни­когда, думаю не об ин­тим­ном ис­кусс­тве для себя, а о боль­шом, мо­ну­мен­таль­ном для многих.

Алек­сандр Дей­нека

Ос­но­вой для кар­тины «Мать и сестра» пос­лу­жила старая черно-белая фо­тог­ра­фия 1935 или 1936 года. Платье сестре ху­дож­ник привез из Фран­ции, но оно не­иде­ально смот­ре­лось на фигуре. Но на кар­тине сестра до­вольна, а прош­лое ро­ман­ти­зи­ро­вано.

В 1938 году Алек­сандр Дей­нека вы­пол­няет эскизы мо­за­ич­ных панно «Сутки Страны Со­ве­тов» для стан­ции метро “Ма­яков­ская”. Мо­за­ики были раз­ме­щены в пла­фо­нах ку­по­лов цен­траль­ного нефа стан­ции таким об­ра­зом, что уви­деть их можно только если встать не­пос­редс­твенно под каждым из них. Тема эс­ки­зов — новая жизнь в СССР, на­сы­щен­ная свер­ше­ни­ями и по­бе­дами в самых раз­лич­ных об­лас­тях — про­из­водс­тве и сель­ском хо­зяй­стве, спорте и ави­ации. И в каждом панно при­сутс­твует небо в разное время суток — как символ вы­со­ких стрем­ле­ний со­вет­ского че­ло­века.

Вместо на­ибо­лее из­вес­тных работ дан­ного пе­ри­ода “Обо­рона Се­вас­то­поля” или “Ок­ра­ина Москвы. Ноябрь 1941” на выс­тавке пред­став­лена не­обыч­ная по ком­по­зи­ции для ху­дож­ника кар­тина “В ок­ку­па­ции”. Здесь нет сво­бод­ного дви­же­ния, воз­духа, неба, пей­заж­ного фона. Пер­со­нажи втис­нуты в узкие рамки – это образ неволи. Дей­нека тяжело пе­ре­жи­вал, что родной Курск занят фа­шис­тами. В 1942 году в ок­ку­па­ции умерла мать ху­дож­ника.

Более 30 лет Алек­сандр Дей­нека пре­по­да­вал в разных об­ра­зо­ва­тель­ных уч­реж­де­ниях Москвы: Высшем ху­до­жес­твенно-тех­ни­чес­ком ин­сти­туте (1928–1930 гг.), Мос­ков­ском по­лиг­ра­фи­чес­ком ин­сти­туте (1930–1934 гг.), Мос­ков­ском ху­до­жес­твен­ном ин­сти­туте им. В.И. Су­ри­кова (1934–1946, 1957–1963 гг.), в Мос­ков­ском ин­сти­туте прик­лад­ного и де­ко­ра­тив­ного ис­кусс­тва (1945–1952 гг.), Мос­ков­ском ар­хи­тек­тур­ном ин­сти­туте (1953–1957 гг.).

Уче­ница Алек­сан­дра Дей­неки, Эле­онора Жа­ре­нова вспо­ми­нает: «Нес­мотря на вну­ши­тель­ную фигуру, внеш­нюю гру­бость и фи­зи­чес­кую силу, А. А. был не­ве­ро­ятно чувс­тви­те­лен и раним. <...> Он уди­ви­тельно чувс­тво­вал, именно чувс­тво­вал, че­ло­века, точно оп­ре­де­лял его ха­рак­тер и жиз­нен­ную нап­рав­лен­ность, очень не любил пос­редс­твен­ность и глу­пость, по­этому резко от­но­сился к плохим сту­ден­там <...> После каж­дого се­мес­тро­вого прос­мотра он приг­ла­шал всю мас­тер­скую, в том числе обя­за­тельно на­тур­щиц, в рес­то­ран или нес­колько раз весной в день своего рож­де­ния на дачу в Под­рез­ково, где сам го­то­вил стол, и вся об­ста­новка рас­кры­вала более от­кро­венно его тонкую ин­тим­ную сто­рону жизни и твор­чес­тва. На даче висели такие кар­тины, ко­то­рые он ни­когда не выс­тав­лял и ими до­ро­жил. Очень любил цветы и сам за ними уха­жи­вал и их вы­ра­щи­вал, тонко под­би­рая один сорт к дру­гому».

В 1947 году Ака­де­мия ху­до­жеств СССР прис­во­ила Алек­сан­дру Дей­неке звание ака­де­мика. С 1958 года он был членом пре­зи­ди­ума, с 1962 года – вице-пре­зи­ден­том, с 1966 года – ака­де­ми­ком-сек­ре­та­рём от­де­ле­ния де­ко­ра­тив­ных ис­кусств Ака­де­мии ху­до­жеств.

С Се­ра­фи­мой Ива­нов­ной Лы­чё­вой ху­дож­ник прожил вместе с 1934 по 1948 гг. Он часто писал её пор­треты, воп­ло­щал её облик в скуль­птуре, под­пи­сы­вая про­из­ве­де­ния одними ини­ци­алами – «С.И.Л».