Шедевры Всероссийского музея А.С. Пушкина

Выс­тавка «Ше­девры Все­рос­сий­ского музея А. С. Пуш­кина» пред­став­ляет из­бран­ные про­из­ве­де­ния, свя­зан­ные с жизнью, твор­чес­твом поэта и его эпохой. Пред­став­лен­ные на выс­тавке про­из­ве­де­ния поз­во­ляют прос­ле­дить эво­лю­цию ху­до­жес­твен­ного ос­мыс­ле­ния пуш­кин­ского нас­ле­дия - от ранних ин­тер­пре­та­ций через соз­да­ние ис­то­ри­чес­кой кар­тины у пе­ред­виж­ни­ков до эк­спе­ри­мен­таль­ных работ мас­те­ров Се­реб­ря­ного века.

Цен­траль­ное место за­ни­мают жи­во­пис­ные по­лотна вы­да­ющихся мас­те­ров рус­ского ис­кусс­тва. Среди них - работы И. Репина, К. Брюл­лова, И.Ай­ва­зов­ского, Н. Ге, К. Ко­ро­вина, М. Сарь­яна.

Эк­спо­зи­ция де­монс­три­рует, как фигура Пуш­кина ста­но­вится цен­тром куль­тур­ной памяти, объ­еди­ня­ющим раз­лич­ные ху­до­жес­твен­ные тра­ди­ции и по­ко­ле­ния.

От­дель­ного ин­те­реса зас­лу­жи­вают под­лин­ные ре­лик­вии, свя­зан­ные с ис­то­рией Им­пе­ра­тор­ского Алек­сан­дров­ского лицея.

Выб­рала для вас 10 эк­спо­на­тов этой прек­рас­ной выс­тавки.

1. И.К. Айвазовский. "Крым. Гурзуф ночью." 1849

Ай­ва­зов­ский поз­на­ко­мился с Пуш­ки­ным в 1836 на выс­тавке в Ака­де­мии ху­до­жеств. Вот как вспо­ми­нал об этом сам ху­дож­ник: «…В 1836 году, до смерти за три месяца, именно в сен­тябре, при­ехал в Ака­де­мию с суп­ру­гой На­тальей Ни­ко­ла­ев­ной на нашу сен­тябрь­скую выс­тавку Алек­сандр Сер­ге­евич Пушкин. Узнав, что Пушкин на выс­тавке, в Ан­тич­ной га­ле­рее, мы, уче­ники Ака­де­мии и мо­ло­дые ху­дож­ники, по­бе­жали туда и ок­ру­жили его. Он под руку с женою стоял перед кар­ти­ной Ле­бе­дева, да­ро­ви­того пей­за­жиста. Пушкин вос­хи­щался ею.

Наш ин­спек­тор Ака­де­мии Крутов, ко­то­рый его соп­ро­вож­дал, искал между всеми Ле­бе­дева, чтобы пред­ста­вить Пуш­кину, но Ле­бе­дева не было, а увидев меня, взял за руку и пред­ста­вил меня Пуш­кину, как по­лу­чив­шего тогда зо­ло­тую медаль (я окан­чи­вал Ака­де­мию). Пушкин очень лас­ково меня встре­тил, спро­сил, где мои кар­тины. Я указал их Пуш­кину; как теперь помню, их было две: «Облака с Ора­ни­ен­ба­ум­ского берега моря» и другая, «Группа чу­хон­цев на берегу Фин­ского залива». Узнав, что я крым­ский уро­же­нец, ве­ли­кий поэт спро­сил, из какого города, и если я так давно уже здесь, то не тоскую ли я по родине и не болею ли на севере. Тогда я его хорошо рас­смот­рел и даже помню, в чем была пре­лес­тная На­талья Ни­ко­ла­евна.

На кра­са­вице суп­руге поэта было платье чер­ного бар­хата, корсаж с пе­реп­ле­тен­ными чер­ными те­сем­ками и нас­то­ящими кру­же­вами, а на голове боль­шая па­ле­вая со­ло­мен­ная шляпа с боль­шим стра­усо­вым пером, на руках же длин­ные белые пер­чатки. Мы все, уче­ники, про­во­дили до­ро­гих гостей до подъ­езда.”

Затем, как вспо­ми­нает Ай­ва­зов­ский, ему до­ве­лось еще раз встре­титься с Пуш­ки­ным на улице. Вскоре поэт погиб.

2. И.Е. Репин. Этюд «Пушкин на экзамене в Царском Селе 8 января 1815 года».

Эскиз создан для одной из самых по­пу­ляр­ных би­ог­ра­фи­чес­ких картин о Пуш­кине, за­ка­зан­ной Ко­ми­те­том Пуш­кин­ского ли­цей­ского об­щес­тва к 100-летию Цар­ско­сель­ского Лицея. Перед ав­то­ром стояла неп­рос­тая задача - изоб­ра­зить один из самых зна­ме­на­тель­ных мо­мен­тов в жизни Пуш­кина - первое пуб­лич­ное приз­на­ние его та­ланта. Для на­пи­са­ния кар­тины Репин поль­зо­вался сви­де­тель­ством самого поэта: «Я прочел мои "Вос­по­ми­на­ния в Цар­ском Селе", стоя в двух шагах от Дер­жа­вина. Я не в силах опи­сать сос­то­яния души моей: когда дошел я до стиха, где упо­ми­наю имя Дер­жа­вина, голос мой от­ро­чес­кий заз­ве­нел, а сердце за­би­лось с упо­итель­ным вос­тор­гом. Не помню, как я кончил свое чтение, не помню, куда убежал. Дер­жа­вин был в вос­хи­ще­нии; он меня тре­бо­вал, и хотел меня обнять ... Меня искали, но не нашли ... »

Репин не еди­ножды при­ез­жал в Лицей для того, чтобы своими гла­зами уви­деть место дей­ствия его го­то­вя­щейся кар­тины; спе­ци­ально для него ли­це­исты и их нас­тав­ники ус­тро­или ин­сце­ни­ровку того эк­за­мена, во­шед­шего в ис­то­рию.

Ху­дож­ник так глу­боко пог­ру­зился тему, что его друг Корней Чу­ков­ский писал:

“...он по про­шес­твии нес­коль­ких ме­ся­цев при­об­рел такую эру­ди­цию во всем, что от­но­сится к ли­цей­скому пе­ри­оду би­ог­ра­фии Пуш­кина, что, слушая его беседы с уче­ными, можно было счесть и его пуш­ки­нис­том.”

3. «Пушкин-лицеист», скульптор - Галина Васильевна Додонова.

Это был дип­лом­ный проект вы­пус­кницы Ле­нин­град­ского выс­шего ху­до­жес­твенно-про­мыш­лен­ного учи­лища имени В. И. Му­хи­ной. При­ем­ная ко­мис­сия Санкт-Пе­тер­бург­ской ху­до­жес­твен­ной ака­де­мии от­ме­тила работу До­до­но­вой на­ивыс­шей оцен­кой, однако судьба па­мят­ника ока­за­лась слож­ной. В 1968 году па­мят­ник был отлит в бронзе и ус­та­нов­лен в Нев­ском районе Ле­нин­града, во дворе новой эк­спе­ри­мен­таль­ной школы. Ус­та­нов­лен­ный в глу­бине квар­тала, он ока­зался не­за­мет­ным. Здесь па­мят­ник прос­тоял почти 5 лет, а затем его пе­ре­несли в здание школы, в ка­би­нет труда. Па­мят­ник прив­лек вни­ма­ние лишь в 1976 году, когда стал эк­спо­на­том выс­тавки ле­нин­град­ских мо­ло­дых скуль­пто­ров. Па­мят­ник по­мес­тили во двор учи­лища им. Му­хи­ной, где он прос­тоял ещё почти 5 лет.

В начале 1980 года па­мят­ник за­ме­тил поэт Михаил Дудин. Он пред­ло­жил автору скуль­птуры по­ка­зать свое тво­ре­ние ди­рек­тору Пуш­кин­ского музея-за­по­вед­ника С. С. Гей­ченко. Ему па­мят­ник тоже пон­ра­вился, он поп­ро­сил пе­ре­дать па­мят­ник в Пуш­кин­ские Горы и по­лу­чил по­ло­жи­тель­ный ответ. Так, 1 июня 1981 года па­мят­ник занял дос­той­ное место среди скуль­птур пуш­кин­ского ме­мо­ри­аль­ного музея «Ми­хай­лов­ское» и вот уже 40 лет яв­ля­ется его не­отъ­ем­ле­мой частью.

4. Н.Н. Ге. "Пущин у Пушкина в Михайловском".

Вдох­но­ве­нием для этой сцены мог пос­лу­жить фраг­мент из сти­хот­во­ре­ния «19 ок­тября»:

... Поэта дом опальный,О Пущин мой, ты первый посетил;Ты усладил изгнанья день печальный,

Ты в день его Лицея прев­ра­тил.

Во время под­го­товки к на­пи­са­нию кар­тины Ге вы­пол­нил копию пор­трета Пуш­кина кисти Кип­рен­ского, об­ра­тился к пуш­кин­ским пос­мер­тным маскам, по­се­тил Ми­хай­лов­ское, в

Три­гор­ском бе­се­до­вал с сов­ре­мен­ни­цами Пуш­кина, ко­то­рые по­могли вос­ста­но­вить об­ста­новку в доме поэта.

Кар­тина впер­вые по­яви­лась на пе­ред­виж­ной выс­тавке в Ака­де­мии Ху­до­жеств в 1875, где, по вос­по­ми­на­ниям Репина, успеха не имела, но была при­об­ре­тена Н. А. Нек­ра­со­вым и впос­ледс­твии слу­жила единс­твен­ным ук­ра­ше­нием стен его ка­би­нета. После смерти пи­са­теля она была про­дана харь­ков­скому кол­лек­ци­онеру Борису Гри­горь­евичу Фи­ло­нову. Сейчас ори­ги­нал хра­нится в Харь­ков­ском музее изоб­ра­зи­тель­ных ис­кусств. На выс­тавке эк­спо­ни­ру­ется ав­тор­ское пов­то­ре­ние, сде­лан­ное ху­дож­ни­ком за нес­колько ме­ся­цев до смерти.

5. В. В. Козлов. А. С. Пушкин. Модель памятника. 1936

6. М.С. Сарьян. Кавказ. Безобдальский перевал. Место встречи Пушкиным останков Грибоедова. 1935

Ис­то­рия встречи Пуш­кина с телом Гри­бо­едова не по­ка­зы­ва­ется бук­вально, не прев­ра­ща­ется в ил­люс­тра­цию, но ста­но­вится эмо­ци­ональ­ным фоном вос­при­ятия жи­во­писи, родной ху­дож­нику при­роды и лю­би­мых им гор. Пушкин стол­кнулся с арбой, в ко­то­рой везли тело уби­того в Те­ге­ране Алек­сан­дра Гри­бо­едова. «Я пе­ре­ехал через реку. Два вола, впря­жен­ные в арбу, по­ды­ма­лись по крутой дороге. Нес­колько грузин соп­ро­вож­дали арбу. «Откуда вы?» — спро­сил я их. «Из Те­ге­рана». — «Что вы везете?» — «Гри­бо­еда». Это было тело уби­того Гри­бо­едова, ко­то­рое преп­ро­вож­дали в Тифлис», — на­пи­сал Алек­сандр Пушкин в своем «Пу­те­шес­твии в Арзрум».

7. Н.П. Ульянов. "А. С. Пушкин и Н. Н. Пушкина перед зеркалом в Аничковом дворце".

Пушкин и На­талья Ни­ко­ла­евна перед зер­ка­лом: мы видим их од­нов­ре­менно в разных ра­кур­сах. Спо­кой­ная уве­рен­ность в своей блис­та­тель­ной кра­соте Гон­ча­ро­вой кон­трас­ти­рует с тре­вож­ным взгля­дом поэта. Первый шаг к Черной речке сделан.

Цикл картин и ри­сун­ков Уль­янова «Пушкин в жизни», пос­вя­щен­ный би­ог­ра­фии поэта, нас­чи­ты­вает сотни про­из­ве­де­ний. Цен­траль­ным про­из­ве­де­нием цикла стала пред­став­лен­ная на выс­тавке кар­тина. Уль­янов создал первый ка­ран­даш­ный ва­ри­ант ком­по­зи­ции на этот сюжет еще в 1916, впос­ледс­твии вер­нув­шись к нему в се­ре­дине 1930-х. Вот как сам ху­дож­ник ком­мен­ти­ро­вал свои про­из­ве­де­ния: «Если в ранний период своей би­ог­ра­фии Пушкин ин­те­ре­со­вал меня как сво­бо­до­лю­би­вая лич­ность, поэт не­ук­ро­ти­мой жиз­нен­ной силы, то в пос­лед­нем пе­ри­оде, свя­зан­ном с высшим светом, он трогал уже как лич­ность, тра­ги­чески об­ре­чен­ная ... Пос­лед­ние годы жизни Пуш­кина ка­за­лись нас­только бо­га­тыми дра­ма­ти­чес­кими сю­же­тами, что давали воз­мож­ность соз­дать бес­чис­лен­ное мно­жес­тво ри­сун­ков и картин. Такие сюжеты могли вы­литься в при­чуд­ли­вые мно­го­фи­гур­ные ком­по­зи­ции. Самая эта об­ста­новка „зо­ло­того зве­ринца", двор­цо­вых ин­терь­еров, прид­вор­ных и во­ен­ных мун­ди­ров в кон­трасте с об­ра­зом ге­ни­аль­ного че­ло­века соз­да­вала тра­ге­дию».

Хра­ни­тель­ница твор­чес­кого нас­ле­дия ху­дож­ника, К. А. Ки­се­лева вспо­ми­нала: «Окон­чив кар­тину, он [Уль­янов] сказал: "Теперь я спо­коен, ос­нов­ное дело моей жизни сде­лано"».

8. Н.Н. Пане с оригинала неизвестного художника. Портрет И. А. Ганнибала. 1899-1900-е (?)

9. К.П. Брюллов. Жены Гирея у фонтана. Иллюстрация к поэме А.С. Пушкина «Бахчисарайский фонтан». 1849

Брюл­лов поз­на­ко­мился с Пуш­ки­ным в Москве, часто встре­чался с ним в Пе­тер­бурге осенью 1836. Кар­тину Брюл­лов начал писать в 1838 в память о гибели Пуш­кина. В основу сюжета пуш­кин­ской поэмы был взят рас­сказ Софьи Ста­нис­ла­вовны По­тоц­кой - одна из ее даль­них родс­твен­ниц была по­хи­щена во время та­тар­ского набега и ока­за­лась в гареме хана Керим-Гирея.

10. И.Е. Репин. Дон Жуан и донна Анна. Иллюстрация к пьесе А.С. Пушкина «Каменный гость». 1888-1889

Вна­чале, по вос­по­ми­на­ниям Щеп­ки­ной-Ку­пер­ник, Донну Анну Репин писал с М. Ф. Ан­дре­евой, когда ей было 15 лет. По сви­де­тель­ству же И. Э. Гра­баря - со своей дочери Веры. Ис­кусс­тво­вед и ху­до­жес­твен­ный критик Г. Ю. Стер­нин писал о кар­тине: « ... Репин, соз­да­вая свою ин­тер­пре­та­цию зна­ме­ни­того сюжета, ис­пы­ты­вал оче­вид­ное вли­яние оперы Мо­царта («Дон Жуан, или На­ка­зан­ный раз­врат­ник»). Первое дей­ствие оперы от­кры­ва­ется по­пыт­кой дона Жуана соб­лаз­нить дону Анну. Сцена оболь­ще­ния раз­во­ра­чи­ва­ется в саду близ дома мо­ло­дой особы. Дон Жуан прок­рался туда, пе­ре­одев­шись во фран­цис­кан­ского монаха, в то время как его слуга Ле­по­релло стоял на часах. Его усилия нап­расны, и це­ло­муд­рен­ная дона Анна зовет на помощь. Репин вы­би­рает именно тот момент, когда дона Анна ук­ло­ня­ется от своего соб­лаз­ни­теля. Кар­тина сле­дует логике "трой­ствен­ности". В первую оче­редь это про­яв­ля­ется в на­ли­чии трех уров­ней кар­тины: дон Жуан и дона Анна рас­по­ло­жены на пе­ред­нем плане перед ог­ра­дой, сред­ний уро­вень пред­став­ляют Ле­по­релло и статуя Ко­ман­дора, а на заднем плане изоб­ра­жены де­ревья. Ту же струк­туру можно раз­ли­чить и по вер­ти­кали: ко­ле­ноп­рек­ло­нен­ный соб­лаз­ни­тель, затем на одном уровне дона Анна и Ле­по­релло и, на­ко­нец, статуя Ко­ман­дора, вы­хо­дя­щая за гра­ницы кар­тины. Эти уровни сим­во­личны и со­от­ветс­твуют зас­лу­гам че­ло­века: дон Жуан "при­над­ле­жит" аду, дона Анна и Ле­по­релло слабые, но верные (одна своему мужу, другой - хо­зя­ину), а бо­жес­твен­ная спра­вед­ли­вость свер­ша­ется через Ко­ман­дора в конце оперы. Те­ат­раль­ный аспект этой кар­тины под­чер­кнут и ут­ри­ро­ван­ными дви­же­ни­ями пер­со­на­жей - дона Анна кар­тинно отвела взгляд, а дон Жуан ис­ступ­ленно прек­ло­нил колени. Также имеют зна­че­ния и сок­ра­ще­ние ко­ли­чес­тва дей­ству­ющих лиц до трех, и сце­ног­ра­фи­чес­кое ре­ше­ние рас­по­ло­жить на заднем плане пейзаж, на­хо­дя­щийся на разных уров­нях с ге­ро­ями. Все это можно до­пол­нить нех­ват­кой "глу­бины" и тем, что цветы лежат на земле и яв­ля­ются единс­твен­ным ук­ра­ше­нием сада».