Почувствовать мистику Востока в Москве

бы­то­вые сцены на улице и на базаре,

Са­мар­канд и Бухара

и, ко­нечно, вос­точ­ные кра­са­вицы и умуд­рен­ные жиз­нен­ным опытом старцы.

На выс­тавке вы поз­на­ко­ми­тесь с за­во­ра­жи­ва­ющими ра­бо­тами Павла Куз­не­цова (не за­будьте найти крылья ангела на кар­тине “Мираж в степи”)

кук­лами крас­но­ар­мей­ского театра Ни­ко­лая Ша­ли­мова и Ва­си­лия Хвос­тенко,

са­мар­канд­скими ше­дев­рами Кузьмы Пет­рова-Вод­кина.

Мне бы хо­те­лось сде­лать глав­ным героем се­год­няш­него обзора Алек­сан­дра Ни­ко­ла­евича Вол­кова, ху­дож­ника, поэта и пе­да­гога. Меня тро­нули фи­ло­соф­ский нас­трой, глу­бина и све­че­ние его красок, и очень за­ин­те­ре­со­вал сплав вли­яния рус­ской, вос­точ­ной и за­пад­ной жи­во­писи, ко­то­рый по­ро­дил са­мо­быт­ный стиль ху­дож­ника. Его на­зы­вали «рус­ский тур­кес­та­нец», нас­только глу­боко за долгие годы он срод­нился с этой землей. Алек­сандр Волков приз­нан ос­но­во­по­лож­ни­ком сов­ре­мен­ного уз­бек­ского ис­кусс­тва, а его твор­чес­тво от­но­сится к осо­бому яв­ле­нию в жи­во­писи первой по­ло­вины ХХ века – «тур­кес­тан­скому аван­гарду».

Волков ро­дился в 1886 году в Фер­гане в семье ге­не­рала военно-ме­ди­цин­ской службы. Отец мечтал, что сын про­дол­жит его дело, и в 14 лет бу­ду­щий ху­дож­ник пос­ту­пает во второй Орен­бург­ский Ка­дет­ский корпус. Но во­ен­ная карь­ера не прив­ле­кает юношу. Вы­пус­тив­шись из ка­дет­ского кор­пуса, Волков пос­ту­пает на ес­тес­твен­ное от­де­ле­ние физико-ма­те­ма­ти­чес­кого фа­куль­тета Пе­тер­бург­ского Уни­вер­си­тета, но после двух лет учебы ос­тав­ляет его для за­ня­тий жи­во­писью в Высшем ху­до­жес­твен­ном учи­лище при Ака­де­мии ху­до­жеств в классе В.Е. Ма­ков­ского, затем в мас­тер­ской М.Д. Берн­штейна, где пре­по­да­вали Н.К. Рерих и И.Я. Би­ли­бин. Волков про­дол­жает учебу в Ки­ев­ском ху­до­жес­твен­ном учи­лище. Однако за­ня­тия в би­оло­ги­чес­кой ла­бо­ра­то­рии, где ху­дож­ник был по­ра­жен от­крыв­шейся под мик­рос­ко­пом гар­мо­нии и ве­ли­чию ма­те­рии, в бу­ду­щем при­вели к крис­тал­ли­чес­ким струк­ту­рам ху­до­жес­твен­ных ком­по­зи­ций на его по­лот­нах.

Боль­шая ком­по­зи­ция «Слу­шают музыку» входит в ряд зна­чи­тель­ных про­из­ве­де­ний на лю­би­мую ху­дож­ни­ком тему. Герои по­лотна – четыре узбека, от­ре­шен­ные от мира, глу­боко пог­ру­жен­ные в ме­ло­дию, ко­то­рую ис­пол­няют на ду­та­рах раз­ли­чи­мые на заднем плане му­зы­канты. Об­рам­ле­ние ком­по­зи­ции в виде мно­го­уголь­ной арки, приг­ла­шает зри­теля при­со­еди­ниться к слу­ша­ющим, про­чувс­тво­вать ритм, по­пасть под гип­но­ти­чес­кое вли­яние вос­точ­ной музыки. Когда ху­дож­ник учился в Киеве, на­ибо­лее силь­ное впе­чат­ле­ние на него про­из­вели мо­за­ики Софии Ки­ев­ской и рос­писи М.А. Вру­беля в Ки­рил­лов­ской церкви. Ду­хов­ный опыт Ви­зан­тии, вос­при­ня­тый сквозь призму ми­фот­вор­чес­тва Вру­беля, открыл для него новые пути твор­чес­тва. В этой кар­тине при­чуд­ли­вым об­ра­зом вос­кре­ша­ются образы Ви­зан­тии. Со­еди­няя тра­ди­ции на­род­ного при­ми­тива с биб­лей­скими и су­фист­скими мо­ти­вами вос­точ­ных ре­ли­гий, Волков соз­дает цикл картин фи­ло­соф­ского со­дер­жа­ния, зак­лю­ча­ющих в себе всю та­инс­твен­ность Вос­тока. Ин­те­ресно, что кар­тину об­на­ру­жили только в 1993 году при рес­тав­ра­ции, до этого она была обо­рот­ной сто­ро­ной холста с другой ра­бо­той А.Н. Вол­кова – «Ка­ра­ван (Приход)». При рес­тав­ра­ции по­лотно было раз­дуб­ли­ро­вано, т.е. раз­де­лено на две части, каждая со своей ос­но­вой.

Че­ре­до­ва­ние тре­уголь­ных и ок­руг­лых эле­мен­тов соз­дает ил­лю­зию дви­же­ния колес по­во­зок, в ка­ра­ване и ритма слегка по­ка­чи­ва­ющихся горбов вер­блю­дов. Острые углы тре­уголь­ни­ков при­дают ри­сунку энер­гию и ди­на­мизм. Ин­те­рес к но­вей­шим те­че­ниям в сов­ре­мен­ном фран­цуз­ском ис­кусс­тве возник у Вол­кова при по­се­ще­нии час­тных соб­ра­ний И. Мо­ро­зова и С. Щукина в Москве. В цикле ка­ра­ван­ных ком­по­зи­ций ху­дож­ника видно вли­яние ку­бизма и фо­визма.

Пыль и шелка Бухары

Скрипы арбы на извилистых улицах,Стадо баранов под арбами крутится.Пыль и шелка Бухары!Крики мальчишек в чуплашках с корзинами,4Свисты погонщиков, вопли ослиные.Пыль и шелка Бухары!Втиснулись клином верблюды горбатые,Сбоку идут каравано-вожатые.8Пыль и шелка Бухары!Звоны пиал в чайхане разливаются,В пыль дым чилима спирально врывается.Пыль и шелка Бухары!12Девушки с визгом кричат за дувалами,В щели впиваются лица их алые.Пыль и шелка Бухары!А старые люди листают страницы,16И стих из Корана в губах шелестится.Пыль и шелка Бухары!

По­лотно «Свадьба» пред­став­ляет собой фри­зо­вую ком­по­зи­цию из две­над­цати (зна­чи­мое число и в хрис­ти­ан­ской, и в му­суль­ман­ской куль­ту­рах) изоб­ра­же­ний мужчин, учас­тву­ющих в сва­деб­ном шес­твии. В центре пер­вого ряда – трубач в крас­ном оде­янии, самый яркий из пер­со­на­жей. Мо­ло­дой жених в белом тюр­бане и с розой за ухом пог­ру­жен в свои мысли. Вто­рого справа че­ло­века на заднем плане при­нято счи­тать ав­то­пор­тре­том ху­дож­ника.

В чайхане над родникамиВерят в рыб, ушедших в землю,И, прикрыв виски руками,Плеску струй часами внемлют.

Горы – лучеприемники,Золотого счастья цепь.Мы здесь – только кочевники.Верблюд да юрта, да степь...