Откройте для себя новую галерею и творчество удивительной художницы

БЕС­ПЛАТНО

Га­ле­рея Île Thélème пред­став­ляет выс­тавку, пос­вя­щен­ную твор­чес­тву Раисы Фло­рен­ской.

Прежде чем рас­ска­зы­вать о ху­дож­нице, я хотела бы нес­колько слов ска­зать об арт-прос­транс­тве Île Thélème, где я была впер­вые. На сайте га­ле­реи я про­чи­тала: “Пос­реди боль­шого, вечно стро­яще­гося, на­пол­нен­ного суетой города на­хо­дится Île Thélème (Остров Телем, наз­ва­ние вос­хо­дит к Те­лем­скому аб­батс­тву, иде­аль­ному об­щес­твен­ному ус­трой­ству в романе Рабле "Гар­ган­тюа и Пан­таг­рю­эль" – прим. автора). Мы соз­даем такие про­екты, цель ко­то­рых — сох­ра­нить най­ден­ное и де­литься им с людьми, раз­де­ля­ющими наши вкусы и ин­те­ресы, це­ня­щими куль­туру.” И дей­стви­тельно, у меня соз­да­лось впе­чат­ле­ние, что я пришла в дом, где живет ис­кусс­тво, и где люди живут ис­кусс­твом. В нес­коль­ких залах раз­ме­щены не только кар­тины, но есть му­зы­каль­ные инс­тру­менты, в одном из залов про­хо­дила ре­пе­ти­ция – читали стихи, но мне лю­безно раз­ре­шили спо­койно пос­мот­реть все кар­тины. Это место, куда хо­чется воз­вра­щаться.

Раиса Алек­сан­дровна Фло­рен­ская (1894-1932) была шестым ре­бён­ком из семи в семье Алек­сан­дра и Ольги Фло­рен­ских. Ко­нечно, когда мы слышим эту фа­ми­лию, то в первую оче­редь вспо­ми­наем брата ху­дож­ницы, свя­щен­ника и фи­ло­софа Павла Фло­рен­ского. Он был не только ее братом, но и крес­тным отцом.

Тра­гична и судьба его сестры Раисы, нашей глав­ной се­год­няш­ней ге­ро­ини.

Гру­зин­ская пи­са­тель­ница Марина Ива­ниш­вили пишет: "В 1932-м, в За­гор­ске, то есть в Троице-Сер­ги­евом посаде от ча­хотки скон­ча­лась Раиса Алек­сан­дровна, Гося (дет­ское имя, ко­то­рое зак­ре­пи­лось за ней и во взрос­лой жизни – прим. автора). Моя мать рас­ска­зы­вала о ней: "С детс­тва фи­зи­чески ущер­бная, как бы не от мира сего, с тонким юмором и звон­ким смехом. Под­би­рала боль­ных жи­вот­ных, птиц и лечила в ус­тро­ен­ной дома ле­чеб­нице. Всегда в боль­шой шляпе, с сумкой, в ко­то­рой была пища для без­дом­ных кошек и собак.”

В 1921 году Павел Фло­рен­ский начал пре­по­да­вать в Высших ху­до­жес­твенно-тех­ни­чес­ких мас­тер­ских (ВХУ­ТЕ­МАС), ко­то­рые были тогда местом раз­но­об­раз­ного твор­чес­кого поиска. Туда пос­ту­пила и Раиса Фло­рен­ская.

С ин­те­ре­сом ос­ва­ивала тех­нику фрески. В 1923 году Раиса с со­кур­сни­ками вы­ез­жала в Нов­го­род на за­ня­тия по ко­пи­ро­ва­нию древ­них фресок церкви Ус­пе­ния на Во­ло­то­вом поле и церкви Спаса на Не­ре­дице, сох­ра­ни­лись ее ак­ва­рели. Се­годня они очень важны как для сох­ра­не­ния нас­ле­дия ху­дож­ницы, так и для по­ни­ма­ния ком­по­зи­ци­он­ного и ко­ло­рис­ти­чес­кого ре­ше­ния древ­них рос­пи­сей, ко­то­рые по­гибли в годы Ве­ли­кой Оте­чес­твен­ной войны.

Дип­лом­ная работа Фло­рен­ской «Воз­вра­ще­ние блуд­ного сына» была вы­пол­нена в тех­нике фрески. Не раз на про­тя­же­нии своего твор­чес­кого пути воз­вра­ща­лась Раиса к этому мотиву. В эк­спо­зи­ции пред­став­лено нес­колько ак­ва­ре­лей «Воз­вра­ще­ние блуд­ного сына».

Ху­дож­ница много об­ра­ща­лась к биб­лей­ским сю­же­там: на выс­тавке вы уви­дите и Моисея перед Не­опа­ли­мой Ку­пи­ной, и вос­кре­ше­ние Лазаря, и многие другие биб­лей­ские мотивы.

Писала Раиса Фло­рен­ская и пор­треты близ­ких.

Мать Раисы Ольга (Саломэ) Пав­ловна, в де­ви­чес­тве Са­па­рова (Са­парьян), была до­черью бо­га­того тиф­лис­ского купца.

Ека­те­рина Ми­хай­ловна Бе­ля­кова тоже была ху­дож­ни­цей, она стала близ­кой под­ру­гой Раисы Фло­рен­ской, и после ее без­вре­мен­ной кон­чины сбе­регла у себя часть её работ. Очень за­бо­ти­лась о кар­ти­нах, когда было воз­можно, от­да­вала их рес­тав­ри­ро­вать.

На выс­тавке перед зри­те­лями пред­ста­нут нес­колько ав­то­пор­тре­тов Раисы Фло­рен­ской.

Я смот­рела на «Ав­то­пор­трет на ко­рич­не­вом фоне», и всё время ста­ра­лась вспом­нить, что же мне это на­по­ми­нает. Я думаю, что вы уже по­чувс­тво­вали в ра­бо­тах Фло­рен­ской ощу­ще­ние без­вре­менья и веч­ности. Эти широко рас­пах­ну­тые глаза, смот­ря­щие в другой мир – это ведь фа­юм­ские пор­треты. Их соз­да­вали для ри­ту­ала пог­ре­бе­ния в Древ­нем Египте во вре­мена рим­ского вла­ды­чес­тва I—III веков нашей эры. Каждый пор­трет – не­пов­то­ри­мый внут­рен­ний мир че­ло­века, ко­то­рый уже здесь на земле го­то­вится к вечной жизни.

И, ко­нечно, очень вол­ну­ющий “Ав­то­пор­трет у входа”. Мне ка­жется, это тоже такая гра­ница между фи­зи­чес­ким и ме­та­фи­зи­чес­ким.

Ин­те­ресна сама тех­ника жи­во­писи Раисы Фло­рен­ской, она ра­бо­тала маслом как ак­ва­релью, по­этому кар­тины при­об­рели некую проз­рач­ность. Белый грунт соз­даёт ощу­ще­ние све­то­нос­ности жи­во­писи.

За­кон­чить свой се­год­няш­ний обзор я хотела бы сло­вами игу­мена Ан­дро­ника (Тру­ба­чева), внука отца Павла Фло­рен­ского, одного из ис­сле­до­ва­те­лей и его твор­чес­тва, и твор­чес­тва Раисы Алек­сан­дровны: «Все земное она видела и писала оза­рен­ным Не­бес­ным светом. Все земное прос­ве­чи­вает Не­бес­ным. Земное живет иной жизнью».