“Адепты красного” - жизнеутверждающая выставка, гимн жизни!

Треть­яков­ская га­ле­рея пред­став­ляет выс­тавку, пос­вя­щен­ную Фи­липпу Ма­ля­вину и Абраму Ар­хи­пову, ху­дож­ни­кам, в чьем твор­чес­тве образ улы­ба­ющейся рус­ской кресть­янки одетой в ярко-крас­ный са­ра­фан стал сим­во­лом широты рус­ской души.

Выс­тавка поз­во­лит вам поз­на­ко­миться с не­обыч­ными би­ог­ра­фи­ями двух мас­те­ров, понять, в чем сходс­тва и от­ли­чия их ме­то­дов работы, а глав­ное – просто нас­ла­диться буй­ством красок, бу­до­ра­жа­щим ко­ло­ри­том, пе­ре­ли­вами пур­пур­ного и алого, за­дор­ной яр­костью цвета.

При­быв­ший в де­кабре 1891 года на Афон скуль­птор В.А.Бек­ле­ми­шев за­ин­те­ре­со­вался ра­бо­тами мо­ло­дого пос­луш­ника и убедил Ма­ля­вина уехать в Пе­тер­бург для обу­че­ния в Им­пе­ра­тор­ской Ака­де­мии ху­до­жеств в Пе­тер­бурге.

В ре­зуль­тате ре­фор­ми­ро­ва­ния Им­пе­ра­тор­ской ака­де­мии ху­до­жеств при ней было соз­дано Высшее ху­до­жес­твен­ное учи­лище, и в 1894 году Ма­ля­вин начал там за­ни­маться в мас­тер­ской Ильи Репина.

Вы­пус­кная работа Ма­ля­вина «Смех», изоб­ра­жа­ющая баб в крас­ных одеж­дах на зе­лё­ном лугу, была от­кло­нена Со­ве­том про­фес­со­ров ака­де­мии за бес­со­дер­жа­тель­ность. Уче­ники Репина Ма­хар­бек Ту­га­нов и Михаил Авилов вспо­ми­нали: “Все сту­денты знали, что если Репин учас­твует в совете, то он никого из уче­ни­ков не даст в обиду. Так было, нап­ри­мер, когда его ученик Ма­ля­вин на­пи­сал свою зна­ме­ни­тую кар­тину “Бабы”. Ис­пол­нен­ная в ши­ро­кой, ос­тро­ин­ди­ви­ду­аль­ной манере, кар­тина, по мнению совета, не со­от­ветс­тво­вала ака­де­ми­чес­ким ка­но­нам. Ат­мос­фера на за­се­да­нии совета сгу­ща­лась. Сту­денты в ожи­да­нии ре­зуль­та­тов тол­ка­лись в длин­ных темных ко­ри­до­рах. До нашего слуха до­но­си­лись гнев­ные вык­рики Ильи Ефи­мо­вича. “Вы – ду­ши­тели та­ланта! Рет­рог­рады!” Под­нялся не­во­об­ра­зи­мый шум и вскоре раз­гне­ван­ный Илья Ефи­мо­вич по­ки­нул зал за­се­да­ния.” В итоге было решено дать вы­пус­книку Ма­ля­вину звание ху­дож­ника за цикл пор­тре­тов, на­пи­сан­ных ранее.

Ху­дож­ник пишет де­ре­вен­ских де­ву­шек, ук­руп­няя их фигуры, делая тем самым каждый образ мо­ну­мен­таль­ным.

“Ог­ром­ное ма­ля­вин­ское по­лотно бук­вально ос­леп­ляет…Чем-то сти­хий­ным веет от этих мо­гу­чих баб-бо­га­тырш, не­су­щихся в вихре стре­ми­тель­ной пляски. Словно ска­зоч­ные ге­ро­ини ста­ро­рус­ских былин, из хаоса вос­став­шие дочери Микулы Се­ля­ни­но­вича про­но­сятся перед зри­те­лем. Опь­яняют яркие, го­ря­чие тона резких красок, также будто стре­мя­щихся в бе­ше­ном вихре одна за другой.” – так писал обоз­ре­ва­тель газеты «Но­вости дня» в 1906 года после от­кры­тия 3-й выс­тавки «Союза рус­ских ху­дож­ни­ков».

Репин писал: «“Вихрь” … вос­хи­тил меня …Вот символ жизни 905 и 906 гг.!!! Вот она: бес­фор­мен­ная, ог­лу­ши­тель­ная, звон­кая как ко­ло­кола и трубы, оргия красок… Еще издали вся кар­тина ка­жется ко­лос­саль­ным кро­ва­вым по­то­пом…». Дей­стви­тельно, нельзя не про­вести па­рал­лель с ре­во­лю­ци­он­ными со­бы­ти­ями 1905 года. Ярко крас­ный цвет одежд кресть­янок, был вос­при­нят не только как цвет на­ци­ональ­ного кос­тюма, но и как цвет ре­во­лю­ции.

В 37 лет ху­дож­ник, не имев­ший даже общего об­ра­зо­ва­ния, был избран ака­де­ми­ком и ко­ман­ди­ро­ван от Ака­де­мии на три года за гра­ницу.
Его од­но­кур­сница Анна Ос­тро­умова-Ле­бе­дева, тоже уче­ница Репина, слу­чайно встре­тив Ма­ля­вина за гра­ни­цей, писала: «В 1892 году я встре­ти­лась с зас­тен­чи­вым, рас­те­рян­ным и оди­но­ким «мо­наш­ком» в одежде, по­хо­жей на под­ряс­ник, — он молчал, опус­кал глаза и крес­тил лист бумаги перед тем, как начать ри­со­вать. Прошло десять лет, и уже в Париже я уви­дела «ев­ро­пейца» в паль­мер­стоне, ци­лин­дре, ярко-рыжих пер­чат­ках и таких же баш­ма­ках. Выг­ля­дел «ев­ро­пеец» нелепо, но вел при этом себя очень вы­зы­ва­юще».

Кресть­ян­ская тема, на­ме­тив­ша­яся в ранних ра­бо­тах, раз­ви­ва­лась на про­тя­же­нии всего твор­чес­кого пути Ма­ля­вина.

Ху­дож­ник пы­тался найти иные ис­точ­ники вдох­но­ве­ния, нап­ри­мер, на­пи­сав «Ав­то­пор­трет с женой и до­черью», однако ничто не имело такого успеха как прос­тые рус­ские жен­щины в ярко-крас­ных одеж­дах.

С детс­тва он ри­со­вал везде, чем угодно и на чем угодно.

Каждое лето на­би­вался в уче­ники к за­ез­жим ико­но­пис­цам, затем поз­на­ко­мился с воль­нос­лу­ша­те­лем Мос­ков­ского учи­лища жи­во­писи, ваяния и зод­чес­тва Зай­ко­вым, ко­то­рый взялся го­то­вить его к пос­туп­ле­нию.

В 1914 году Ар­хи­пов на­пи­сал по­лотно «Гости», на ко­то­ром были изоб­ра­жены четыре мо­ло­дые жен­щины в крас­ных кресть­ян­ских кос­тю­мах, си­дя­щие в гор­нице у окна. Ра­бо­тая над кар­ти­ной, ху­дож­ник делал много этюдов с натуры в Ря­зан­ской, Твер­ской и Там­бов­ской гу­бер­ниях. Именно тогда он и пришел к мысли о соз­да­нии пор­тре­тов кресть­янок как от­дель­ных, са­мос­то­ятель­ных про­из­ве­де­ний. Кон­стан­тин Ко­ро­вин вос­хи­щался по­лот­ном и писал одному из зна­ко­мых: «…до сих пор я не видел ни в рус­ской, ни в инос­тран­ной жи­во­писи ничего по­доб­ного, нельзя рас­ска­зать, в чем дело, за­ме­ча­тельно пе­ре­даны свет и де­ревья; как будто вы при­ехали к каким-то родным людям, и когда вы смот­рите на кар­тину, вы де­ла­етесь мо­ло­дой».

Лучше всего смысл этих по­ло­тен пе­ре­дал Вла­ди­мир Ги­ля­ров­ский в сти­хот­во­ре­нии, пос­вя­щен­ном Абраму Ар­хи­пову:

Красным солнцем залитыеБабы, силой налитые,Загрубелые,Загорелые,4Лица смелые.Ничего-то не боятся,Им работать да смеяться.— Кто вас краше? Кто сильней?8Вызов искрится во взорах.В них залог грядущих дней,Луч, сверкающий в просторах,Сила родины твоей.12

За­мы­сел кар­тины "Прачки" ро­дился у Абрама Ар­хи­пова во время по­се­ще­ния пра­чеч­ной не­по­да­леку от Смо­лен­ского рынка в Москве. Ху­дож­ник ра­бо­тал над по­лот­ном в те­че­ние нес­коль­ких лет. Он вспо­ми­нал, что, когда раз за разом воз­вра­щался в пра­чеч­ную, видел все по-новому, по­этому не еди­ножды пе­ре­ос­мыс­ли­вал со­дер­жа­ние своей работы. Ар­хи­пов под­чер­ки­вает тес­ноту и духоту по­лу­под­валь­ного по­ме­ще­ния, где жен­щины заняты ежед­нев­ным тя­же­лым трудом. Лицо одной из них об­ра­щено к окну, из ко­то­рого льется яркий днев­ной свет, будто дающий на­дежду на выход из бес­прос­вет­ной рутины. Ув­ле­кали Ар­хи­пова и жи­во­пис­ные задачи: изоб­ра­же­ние тя­же­лых клубов пара и влаж­ного пола пра­чеч­ной.