“Где это видано, где это слыхано…” Выставка к 110-летию Виктора Драгунского

Сна­чала о самом музее: в конце XIX века хо­зя­ином этого дома был купец первой гиль­дии, “пионер чай­ного дела в России” Петр Боткин, дочь ко­то­рого вышла замуж за ху­дож­ника, кол­лек­ци­онера и ме­це­ната Илью Се­ме­но­вича Ос­тро­ухова (1858–1929). С 1890 года он стал вла­дель­цем дома, в ко­то­ром раз­мес­тился зна­ме­ни­тый на всю Москву час­тный музей. В его соб­ра­нии были кар­тины Ре­ну­ара, Мане, Дега, Ма­тисса, Репина, Серова, Ле­ви­тана, Вру­беля, а также ог­ром­ная кол­лек­ция икон. В 1918 году музей на­ци­она­ли­зи­ро­вали, правда И. С. Ос­тро­ухова наз­на­чили по­жиз­нен­ным хра­ни­те­лем. После его смерти кол­лек­цию рас­фор­ми­ро­вали, а особ­няк с 1979 года от­но­сится к Го­су­дарс­твен­ному музею ис­то­рии рос­сий­ской ли­те­ра­туры имени В. И. Даля.

Сейчас здесь про­хо­дит выс­тавка, пос­вя­щен­ная 110-летию со дня рож­де­ния пи­са­теля Вик­тора Дра­гун­ского. Кстати, ро­дился он в Нью-Йорке, но через год после рож­де­ния сына, семья вер­ну­лась в Рос­сий­скую им­пе­рию. Бу­ду­щий пи­са­тель рано по­те­рял отца, а затем и двух от­чи­мов, семья ока­за­лась почти без средств к су­щес­тво­ва­нию. За­ра­ба­ты­вать Дра­гун­ский начал рано — в 16 лет, сна­чала ра­бо­тал ло­доч­ни­ком, затем уче­ни­ком токаря, потом уче­ни­ком шор­ника. В воз­расте двад­цати одного года Дра­гун­ский на­чи­нает выс­ту­пать в Театре тран­спорта (сейчас это Театр им. Н.В. Гоголя), затем его приг­ла­шают в Театр сатиры. Во время Ве­ли­кой Оте­чес­твен­ной войны Дра­гун­ский на фронт не попал в связи с тя­жё­лой формой астмы, но учас­тво­вал в опол­че­нии под Мо­жай­ском, где строил обо­ро­ни­тель­ные со­ору­же­ния. Затем вы­ез­жал на фронт вместе с кон­цер­тными бри­га­дами, а в 1944 году начал ра­бо­тать цир­ко­вым кло­уном. До­ве­лось Дра­гун­скому и сняться в кино, сыграв одну из ролей в фильме Ми­ха­ила Ромма “Рус­ский вопрос”.

Выс­тавка в ос­нов­ном сос­тоит из ил­люс­тра­ций к “Де­нис­ки­ным рас­ска­зам”, про­то­ти­пом глав­ного героя ко­то­рых стал сын пи­са­теля – Денис.

Я сде­лала для вас под­борку ил­люс­тра­ций с ци­та­тами из рас­ска­зов, ко­то­рые мы с дочкой очень любим. По­лу­чился квест: идите с детьми на выс­тавку, чи­тайте от­рывки, а они будут искать пра­виль­ные ил­люс­тра­ции.

"И мама по­га­сила свет, и в ком­нате стало темно, и мы стали вдвоем смот­реть на бледно-зе­ле­ную звез­дочку.

– Да, – ска­зала она, – это вол­шебс­тво! Но все-таки как ты ре­шился отдать такую ценную вещь, как са­мос­вал, за этого чер­вячка?

– Я так долго ждал тебя, – сказал я, – и мне было так скучно, а этот свет­ля­чок, он ока­зался лучше любого са­мос­вала на свете.

Мама пристально посмотрела на меня и спросила:– А чем же, чем же именно он лучше?Я сказал:– Да как же ты не понимаешь?! Ведь он живой! И светится!.."

- А ты не заметил, что я играл одно, а ты пел немножко по-другому!

– Вера Сергеевна, у вас есть хвост?А Вера Сергеевна говорит:– Разве я очень похожа на черта?

"Я кричу:– Мишка, а где этот тормоз?А он:– Я забыл!4А я:– Ты вспомни!– Ладно, вспомню, ты пока покрутись еще немножко!– Ты скорей вспоминай, Мишка! – опять кричу я."8

"Тут Аленка прямо завизжала от восторга:– Давайте, люди добрые! Красьте с головы до пят! Я буду настоящая индейка.

Тогда Мишка при­на­лег на насос и стал качать во всю ива­нов­скую, а я стал Аленку по­ли­вать крас­кой. Я за­ме­ча­тельно ее пок­ра­сил: и спину, и ноги, и руки, и плечи, и живот, и тру­сики. И стала она вся ко­рич­не­вая, только волосы белые торчат.

Я спрашиваю:– Мишка, как ты думаешь, а волосы красить?Мишка отвечает:– Ну конечно! Крась скорей! Быстрей давай!"

"И вот мы пришли всем клас­сом в цирк. Мне сразу пон­ра­ви­лось, что он пахнет чем-то осо­бен­ным, и что на стенах висят яркие кар­тины, и кругом светло, и в се­ре­дине лежит кра­си­вый ковер, а по­то­лок вы­со­кий, и там при­вя­заны разные блес­тя­щие качели."

- Дядя, расскажите мне про Сингапур.

"Очень люблю лошадей, у них такие красивые и добрые лица. Я много чего люблю!

И к нам вошел какой-то дя­денька. Я как на него взгля­нул, так сразу понял, что в Кремль я не пойду. На голове у этого дя­деньки была шляпа. А на шляпе наша каша."

"Мы отошли с ним на два шага назад и пос­мот­рели, как кра­сиво было на­пи­сано на нашем чу­дес­ном ко­рабле «ВОСТОК-3»."

"И опять по­тя­нулся шестом к шляпе. Я по­дож­дал нем­ного, чтобы ве­те­рок по­дог­нал ее поб­лиже. И все время по­ти­хоньку приг­ре­бал ее к себе. Мне очень хо­те­лось отдать ее шах­ма­тисту. А вдруг он и вправду грос­смей­стер? А может быть, это даже сам Бот­вин­ник! Просто так вышел по­гу­лять, и все. Ведь бывают же такие ис­то­рии в жизни! Я отдам ему шляпу, а он скажет: «Спа­сибо, Денис!»"

"Я сразу под­хва­тил и прок­ри­чал:

Где это видано, где это слы­хано, -

Папа решает, а Вася сдает?"

"Папа от­це­пил курицу от фор­точки и по­ло­жил ее на стол.

– Легко ска­зать, свари! Сва­рить можно. Сва­рить – это ерунда. Вопрос, в каком виде нам ее съесть? Из курицы можно при­го­то­вить не меньше сотни чу­дес­ных пи­та­тель­ных блюд."

Чи­тайте добрые книги